США: Выборы 2004 и религиозный фактор

Александр ЖУРАВСКИЙ, руководитель Центра этнорелигиозных и политических исследований РАГС

ЧАСТЬ 1. ПАРТИЙНАЯ АКТИВНОСТЬ НА РЕЛИГИОЗНОМ ФРОНТЕ*
В марте 2004 года согласно опросу Gallup около 64 % американцев заявило, что их личная религиозная вера очень важна для принятия ими решения кому отдать свой голос на предстоящих президентских выборах. Учитывая, что и на прошлых выборах религиозный фактор сыграл значимую роль, республиканцы и демократы, всегда внимательно относящиеся к конъюнктурным колебаниям электорального рынка, отреагировали оперативно. В предвыборной риторике претендентов артикулировано зазвучала тема их личной религиозной веры (собственно у старожила президентской гонки Буша-младшего она звучать и не переставала). В графики предвыборных встреч было внесено общение с религиозными лидерами: методист-республиканец Джордж Буш долго и настойчиво добивался аудиенции у критиковавшего его за агрессию в Ираке папы Иоанна Павла II (ведь оппонент Буша – католик), а кандидат от демократов организовал в Бостоне завтрак, получивший название «Верующие за Керри», куда позвал не только католиков, но также протестантов и иудеев. Для формирования более преемлемого для верующих избирателей имиджа, Керри взял в свой предвыборный комитет 29-летнюю Мару Вандерслиц, активистку евангельских христиан. Она должна убедить протестантских избирателей, что католик Керри в личном отношении очень даже против аборта и однополых браков, и лишь политкорректность, высокая гражданская ответственность и уважение к правам и свободам простых американских геев и феминисток понуждают его выступать за легализацию «девиантных» форм поведения и семейных отношений. Под знамена Демократической партии в июле была призвана (в качестве советника по религиозным вопросам) и преподобная Бренда Бартелла Петерсон (Церковь «Ученики Христа»), прежний директор недавно созданной Сети Лидерства Духовенства (Clergy Leadership Network), организации либерального духовенства, заявившей о борьбе с недальновидной политикой республиканца-Буша.
Протестантских деноминаций в Америке много, большинство их штаб-квартир базируется в США. Некоторые из протестантских течений возникли именно в Америке, а потому являются для нее религиями автохтонными. Следовательно, не стоит удивляться тому, что большинство американских президентов были по своему вероисповеданию протестанты, причем достаточно «поздних» деноминаций. Среди американских президентов не было лютеран и кальвинистов. С католиками ситуация также непростая. Несмотря на значительное число американцев-католиков, центр Римско-католической церкви находится в Ватикане, что периодически вызывает у избирателей-протестантов подозрение в зависимости американских католиков от позиции римского понтифика. Стоит ли говорить, что эта предубежденность американского избирателя особенно активно подпитывается протестантскими политиками в условиях предвыборной кампании. Все это сформировало даже некий «католический комплекс» в сознании политических элит Америки: католические кандидаты – бесперспективны с точки зрения их шансов на общенацинальный успех.
В американской прессе часто вспоминают историю, как в 1960 году сенатор-католик Джон Кеннеди, претендент на пост президента США от Демократической партии, вынужден был убеждать протестантских выборщиков, что его католическая вера не будет влиять на принимаемые им политические решения. Как сказал Кеннеди: «Я верю в Америку, где отделение церкви от государства абсолютно». Те выборы разделили Америку по четкому религиозному принципу: 75 % католиков проголосовало за католика-демократа Кеннеди, а 75 % протестантов отдали свои голоса республиканцу-квакеру Ричарду Никсону. Вспоминать об этом сегодня весьма актуально, поскольку впервые после Кеннеди демократы выдвинули претендента-католика против республиканца-протестанта.
ЧАСТЬ 2. АМЕРИКА И ЕЕ ПРЕЗИДЕНТ: РЕЛИГИОЗНЫЙ ПОРТРЕТ
Считать, что религиозный фактор не играет важной политической роли в секулярном американском обществе – обманываться дважды. Во-первых, американское общество религиозно (98 % верит в Бога, 91 % отождествляют себя с каким-либо религиозным направлением, 60 % исполняет обряды, предписываемые верой), хотя и специфическим образом (большинство верующих американцев мало что может сказать о собственном вероисповедании). Во-вторых, в преддверии президентских выборов религиозная озабоченность двух главных кандидатов на пост президента США (Буша и Кэрри) приобретает масштабы уже явно не протокольные. Помимо упомянутых выше обстоятельств, катастрофа 11 сентября 2001 и последовавшие за ним события также изменили устойчивые партийные предпочтения сразу нескольких электоральных страт (мусульман, евреев, иммигрантов).
Кроме того, новый президент США очевидным образом вынужден будет заниматься долго откладываемой проблемой геополитического будущего Америки. Проблема в своей актуальной альтернативности звучит весьма угрожающе для уха рядового американца, привыкшего к убаюкивающей колыбельной песенке о вечной и сильной американской демократии. Сформулировать этот новый вызов американской демократической парадигме можно так: сильная (и уважаемая, в т.ч. другими) демократия или сильная (но всеми ненавидимая) империя. В зависимости от того, какой ответ будет дан новым вашингтонским кормчим – в духе популярных сегодня в Америке, но экспансионистских и имперско-мессианских, религиозных по своей сути идей Пола Вульфовица, Дональда Рамсфельда, Пэта Бьюкеннена и др. неоконсерваторов (среди которых сильны позиции протестантских фундаменталистов), или в соответствии с коммунитаристско-интернациональной идеологии либералов, призывающих к совместным с остальным миром действиям по борьбе с терроризмом и нарушением прав человека, – таково будет и будущее Америки. А будущее этой страны в значительной степени определяет конфигурацию будущего миропорядка.
Однако вернемся к Америке религиозной. Какова она?
Наиболее значимая религиозная община Америки (данные 2001 года) – католическая (ок. 56 млн. чел., 24,5 %). Далее по числу последователей идут баптисты (16,3 %), методисты (6,8 %), лютеране (4,6 %), пресвитериане (2,7 %), харизматы (2,1 %), епископалы и англикане – 1,7 %, иудеи (по разл. данным – от 1,3 % до 1,8 %), мормоны – 1,3 %, последователи Церкви Христа – 1,2 % и пр.
Точного количества мусульман в Америке не знает никто. По данным разных источников, в США проживает от 3 (официальные цифры) до 7 миллионов мусульман. Т.е. мусульмане составляют около 1,3-2 % населения Америки. Естественно, что не все они имеют американское гражданство и, соответственно, электоральные права. Но как мы убедимся дальше, в Америке не нужно быть большинством, чтобы оказывать существенное влияние на ее окончательный выбор.
Итак, Америка – протестантская страна с большой католической общиной. Но если мы посмотрим на то, какая религиозная община была наиболее часто представлена в Белом Доме, нас ждут любопытные открытия. Наиболее часто (11 раз) президентами США становились епископалы (26,2 % от числа всех президентов США), составляющие всего 1,7 % населения Соединенных Штатов- 9 раз – пресвитериане (21 % президентов при 2,7 % населения Америки), по 4 раза – методисты (соответственно 9,5 % и 8 %), баптисты (9,5 % и 18 %) и унитарии (9,5 % и 0,2 %), 3 раза – «Ученики Христа» (Disciples of Christ- 7,1 % и 0,4 %), дважды – квакеры (4,8 % и 0,7 %) и голландские реформаты (Dutch Reformed) (4,8 % и 0,7 %), один раз – конгрегационалисты («Объединенная Церковь Христа»)
Католики делегировали из своих рядов всего одного президента (это при своих 24,5 % всего населения страны!). Им был Джон Кеннеди. Правление католика JFK оказалось сопряжено с внешнеполитическим конфликтом (карибский кризис) и внутриполитической трагедией (убийством президента).
Американским президентом никогда не был лютеранин, иудей, мормон, мусульманин или православный.
Наиболее известными президентами-епископалами были Джордж Вашингтон, Джеймс Мадисон, Теодор Рузвельт, Франклин Делано Рузвельт и, наконец, Джордж Буш-старший.
Из числа президентов-пресвитериан наиболее известны Вудро Вильсон, Уйан Эйзенхауэр и Рональд Рейган. Отец последнего, кстати, был католиком, но Рейган избрал веру матери.
Из баптистов наиболее представительны Гарри Труман, Джимми Картер и Уильям Джефферсон Клинтон. Из президентов-методистов наиболее узнаваем, конечно же, действующий американский президент Джордж Буш-младший (прежде, как и отец, являвшийся епископалом).
Забавно, что с религиозной идентификацией вице-президентов США ситуация похожая. Наибольшее представительство здесь вновь у епископалов (8 человек) и пресвитериан (6). Голландских реформатов среди вице-президентов было 4 человека, методистов, баптистов и конгрегационалистов – по 3, унитариев – 2, квакеров и последователей движения «Ученики Бога» – по 1. Католиков среди вице-президентов не было вообще.
Характерно, что в последние президентства сложилась традиция, согласно которой вице-президент принадлежит той же деноминации, что и президент. Так, вице-президент и баптист Альберт Гор работал в Белом Доме при президенте-баптисте Клинтоне, а методист Дик Чейни – при методисте же Дж.Буше-младшем.
ЧАСТЬ 3. КТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ РЕСПУБЛИКАНЦЕВ И ДЕМОКРАТОВ В КОНГРЕССЕ США?
Американская двухпартийная система определила достаточно жесткую структуру представительства интересов двух партий в органах государственной власти, что усложняет, а значит и минимизирует появление «независимых» или инопартийных сенаторов и конгрессменов. Члены Конгресса от штатов, где имеется то или иное религиозное большинство, обычно уже самой своей партийной принадлежностью косвенно свидетельствуют о политических предпочтениях своих избирателей (демократов, республикацев, независимых). С учетом того, что выборы в Конгресс США происходят с периодичностью раз в два года, а президентские – раз в четыре года, колебания политических симпатий электората успевают проявиться уже к середине президентского срока, что позволяет республиканцам и демократам вовремя «скоординировать» свои политические курсы и предвыборные партийные программы.
В целом, Конгресс США протестантским был всегда. Но традиционно в протестантском конгрессе самой представительной по численности является католическая «фракция». В 1998 году из 535 членов Конгресса (учитывая сенаторов) католиков насчитывалось 151 (при 70 баптистах, 62 методистах, 48 пресвитериан, 43 епископалах, 42 неденоминированных протестантах и пр.). В 2000 году статистика осталась почти неизменной – 150 католиков, 72 баптиста, 65 методистов, 49 пресвитериан и т.д. В 2002 году также мало что изменилось в соотношении религиозных представительств.
Обычно среди католиков – членов Конгресса США, демократы и республиканцы представлены в соотношении 2 к 1. Так, в 1998 г. католиками-демократами были 76 конгрессменов и 14 сенаторов, католиками-республиканцами – 50 конгрессменов и 11 сенаторов. В 2000 г. среди членов Конгресса насчитывался 91 католик-демократ и 59 католиков-республиканцев. Еще более категоричны в своих политических предпочтениях иудеи: 33 демократа, всего 3 республиканца и 1 «независимый» (после выборов 2000 года).
Протестанты, особенно южных и западных штатов, напротив, склонны поддерживать более консервативных в религиозных и этических вопросах республиканцев. Из 72 баптистов в Конгрессе США 2000 года 37 были республиканцами, 34 – демократами. Из 65 конгрессменов-методистов 39 были республиканцами, 26 – демократами. Пресвитериане также больше симпатизируют республиканскому консерватизму (32 республиканца и 17 демократов), впрочем, как и епископалы (30 республиканцев и 11 демократов). «Неденоминированные» протестанты также делят свои симпатии республиканцам и демократам, как 2 к 1 (19 республиканцев против 10 демократов). Мормоны еще более категоричны в своей поддержке Республиканской партии: в Конгрессе США мормонов-демократов в 3 раза меньше, чем мормонов-республиканцев (4 против 12). Вероятно, не случайна усилившаяся в последние 4 года правления президента-республиканца общественная и политическая активность штата Юта и мормонских лидеров, принимавших участие во многих международных общественно-политических акциях США (например, в обсуждении конституции послевоенного Ирака).
В своих предвыборных кампаниях и партийных программах республиканцы и демократы пристальное внимание обращают на две многочисленные религиозные группы, которые традиционно значимы для результатов выборов. Это – католики и евангельские христиане.
ЧАСТЬ 4. ЭЛЕКТОРАЛЬНЫЕ СЛОЖНОСТИ КАНДИДАТОВ-КАТОЛИКОВ
Католики составляют значительную часть электората, и представлены самой значительной группой в Конгрессе США. Католики являются самой большой по численности религиозной группой в 36 штатах, тогда как баптисты – только в 10, а мормоны – в 2. Однако если объединить все протестантские деноминации, то католическое представительство сократится до доминирования всего в 12 северных и северо-восточных штатах (Коннектикут, Мэн, Массачусетс, Монтана, Нью-Гемпшир, Нью-Джерси, Нью-Мехико, Нью-Йорк, Род-Айленд, Висконсин, Колорадо и Аляска). В таком же количестве штатов, но только преимущественно центральных, большинство у методистов. У баптистов есть преимущество в 13 южных штатах. Однако если методистам и баптистам этого количества штатов оказывается достаточным для успеха их единоверцев-претендентов на президентское кресло, то католикам – в истории президентских выборов катастрофически не везет.
Почему же до Кеннеди и после него не было ни одного президента-католика? Тому имеется несколько причин. Очевидно, что в условиях двухпартийной американской системы, у кандидата в президенты может появиться реальная перспектива быть избранным только в том случае, если он представитель Демократической или Республиканской партий. Что это означает для американского католика?
Более консервативная в религиозных и этических вопросах Республиканская партия достаточно прочно базируется на симпатиях протестантов южных и западных штатов (евангельские христиане традиционно республиканцам отдают в 2 раза больше голосов, чем демократам), и потому шанс у католика стать выдвиженцем от республиканцев не очень высок. Ведь католику необходимо завоевать симпатии протестантского большинства Юга. Причем эти протестанты – не лютеране или кальвинисты, а евангельские христиане и баптисты, представляющие преимущественно харизматические церкви Америки. Церкви специфической религиозности, церкви миссионерские, церкви фундаменталистские, а значит воспринимающие религиозные ценности как предельные основания человеческого бытия. А ведь есть еще мормоны, весьма влиятельные не только в Юте, где их 71 %, но и в других западных штатах (Аризона, Калифорния, Айдахо, Невада, Орегон, Вашингтон, Вайоминг).
Это стало аксиомой электоральной системы Америки – католику добиться успеха на Юге и Востоке почти невозможно. Для успеха надо не только быть достаточно консервативным в вопросах разрешения абортов, однополых браков и пр. проблем социальной этики. Специфическая религиозность протестантов-харизматов ожидает от кандидата в президенты открытого и вдохновенного свидетельства о своей личной вере, собственных религиозных переживаниях. А к этому католики, в силу менее индивидуалистической, чем у евангельских христиан, религиозности едва ли способны. Для успеха у протестантов-харизматов католику нужна такая личная харизматичность, которая бы преодолела религиозную предубежденность протестантов Юга. Но как известно, всякое достоинство есть только продолжение недостатков, и потому оборотной медалью личной религиозной харизмы католика-кандидата могут оказаться не ожидаемые симпатии южан, а восприятие ими свидетельства о личной религиозности как формы католического прозелитизма. Круг замкнулся. Католики чужды южанам-протестантам, а потому не нужны республиканцам-консерваторам.
Большинство католиков живет на севере и северо-востоке, где традиционно сильны позиции демократов. Не имея возможности добиться успеха на чужом для них Юге, католики вынуждены идти на выборы вместе с более либеральными демократами. Между тем, и здесь возникает свой «пунктик». Демократы, несмотря на существующие либеральное и консервативное крыло в партии, традиционно считаются большими либералами, чем республиканцы. Это проявляется, в частности, в поддержки ими сексуальных меньшинств, однополых браков, прав женщин на аборты и прерывание беременности. Однако такая позиция осуждаема не только протестантскими южанами-фундаменталистами, но и официальным Ватиканом, которому вторит католическая иерархия Америки. Архиепископы Сен-Луи (Миссури), Камдена (Нью-Джерси) и Линкольна (Небраска) вполне определенно высказались в пользу запрета причащения тех политиков, которые публично выступают в защиту абортов. Семнадцать других американских епископов рекомендовали таким католикам самим отказаться от причащения. Однако общенациональный масштаб дискуссия приобрела после того как архиепископ Колорадо-Спрингс Микаэль Шеридан заявил, что откажется причастить Джона Керри, если он придет к нему на мессу.
Католики-республиканцы не могли проигнорировать пикантность создавшейся ситуации, тем более, что ее начали смаковать в лагере политических оппонентов. В результате вашингтонский кардинал МакКаррик 10 мая 2004 г. получил послание с подписями 48 католиков-демократов, являющихся членами Конгресса США. Среди подписантов часть принадлежит к убежденным сторонникам движения против абортов, а часть к тем, кто высказывается в поддержку прав женщин на добровольное прерывание беременности. Однако все они защищают один тезис: «Мы представляем интересы своих избирателей, и … ничто не может нас заставить легитимизировать лишь наши собственные религиозные убеждения». В качестве аргумента конгрессмены цитируют иезуита Джона Кортни Мюррэя, резюмируя: «Если церковная иерархия будет указывать пальцем на законодателей-католиков и угрожать им отлучением от церковных таинств из-за их выбора, существует большой риск способствовать росту в стране антикатолических настроений». Тем не менее, ситуация до конца не разрешилась (да и как она может разрешиться, если сталкивается религиозная этика и политическая корректность). А демократы-католики вновь оказались заложниками ситуации, только в этом случае, спровоцированной либерализмом демократической программы.
Наконец, следует добавить еще один важный тезис, который всегда рассматривается партийными штабами накануне выборов. Победить нужно не на Юге или Севере, не на Востоке или Западе. Победить необходимо в Америке. А это значит, что партийный кандидат, имеющий естественную поддержку на Юге или Севере (в зависимости от того республиканец он или демократ), для общенационального успеха должен приобрести и часть голосов своего оппонента: демократ должен добиться части голосов южан, традиционно поддерживающих республиканцев, а республиканец должен снискать симпатии северян, привычно голосующих за демократов. В силу того, что лишь у 32 % американских католиков их религиозные убеждения влияют на выбор при голосовании, а у протестантов этот процент более чем в 2 раза выше, протестанту добиться голосов северо-восточных католиков гораздо проще, чем католику симпатий протестантов-южан.
Чтобы понять разницу в степени религиозности евангельских христиан и католиков достаточно обратиться к опросу 2002 года, проведенному двумя недавно созданными организациями Pew Forum on Religion & Public Life и Pew Research Center for the People & the Press. На вопрос: «Сила Америки основывается на религиозной вере?» положительно ответили 83 % евангельских христиан и лишь 58 % католиков (отрицательно, соответственно, 14 % и 36 %). Протестантский мессианизм проявился и в ответе на вопрос: «Имеет ли Америка особое покровительство Бога?». С этим согласился 71 % евангельских христиан и только 39 % католиков.
Впрочем, эксперты еще во время президентских выборов 2000 года обсуждавшие проблему отсутствия католиков и евреев среди претендентов на президентство, пришли к «формуле» возможного католического успеха. Демократы должны были бы найти довольно консервативного католика или еврея, который был бы не из северного или восточного штата, кто выступал бы за аборты, но одновременно был публично религиозен, умел бы вести душевную беседу о личной вере, и кто был бы связан с большим количеством наличных денег. Республиканцы же должны найти католика с хорошими католическими связями, способного взволновать, но не испугать евангеликов-южан с их консерватизмом и жестким отношением к абортам. Т.о. лучшими претендентами были бы либеральные республиканцы и консервативные демократы, имеющие связи в тех регионах, где традиционно сильны их политические оппоненты.
Очевидно, что в условиях возможного переизбрания Буша, «католический вариант» больше заинтересовал демократов. Так католическо-демократическая «фракция» политического истеблишмента Америки делегировала сразу трех претендентов (из 9) на кресло хозяина Белого Дома. Чернокожую американку Кэрол Мосли Браун – члена Конгресса от штата Огайо, 58-летнего Денниса Кусинича и 60-летнего Джона Керри. Как известно июльский партийный съезд демократов одобрил в качестве кандидата на пост президента католика Джона Керри. И это стало большой удачей для католиков, давно не становившихся главными выдвиженцами от демократов на президентских выборах.
Эксперты и раньше сходились во мнении, что у католички Браун, выступающей за легализацию браков гомосекусуалистов и лесбиянок, а также за право женщин на аборт, мало шансов не только быть поддержанной официальной Католической Церковью, но и фундаменталистски настроенным протестантским Югом. Не было шансов и у Кусинича. Он пользуется большой поддержкой среди пацифистов, экологов и антиглобалистов (выступал против деятельности ВТО и против акции в Ираке, предлагал создать в Администрации США Министерство мира для достижения внешнеполитических целей ненасильственными путями- ратовал за сокращение бюджета Пентагона на 15 % и направление сэкономленных средств в сферу образования и здравоохранения), но именно потому оказывается неприемлим для значительной части экономической, военной и политической элиты США.
Керри же сумел совместить в себе, казалось бы несовместимые достоинства, и потому еще до официального решения Демократической партии о едином кандидате, избирательную кампанию Керри возглавил Джим Джордан, один из известнейших специалистов по выборным технологиям Демократической партии.
Действительно, с одной стороны Керри «хороший семьянин» в американском смысле – два брака, две родных дочери и трое приемных сыновей. С другой, в отличие от «дезертира» Буша-младшего, за плечами Керри служба в ВМФ США и война во Вьетнаме. Он награжден тремя медалями и двумя орденами. Будучи «плоть от плоти» американских «ястребов», он, в то же время, не «ястреб». Проведя два срока во Вьетнаме, Керри стал жестким критиком вьетнамской кампании, а в 1971 году создал организацию «Ветераны Вьетнама против войны».
Керри голосовал за начало военных действий в Ираке, но в последствии критиковал Буша за недостаток активности в поиске дипломатических методов разрешения конфликта. Керри – сторонник поэтапного вывода из Ирака американских войск, но, одновременно, выступает за активизацию борьбы с терроризмом. В вопросах обороны Керри придерживается удовлетворяющей всех формулировки: «вооруженные силы должны быть адекватны вызовам 21 века», более мобильны и лучше оснащены. В то же время, во внешней политике Керри предлагает перейти от «имперского унитаризма» Буша к «прогрессивному интернационализму» (партнерству и консультациям США с другими странами).
Наконец, Керри – католик, но при этом являлся инициатором принятия закона, запрещавшего дискриминацию при приеме на работу представителей сексуальных меньшинств. Он также последовательно выступал за увеличение ассигнований на борьбу со СПИДом. Имея хорошие связи с промышленным капиталом, Керри, в тоже время, один из наиболее активных американских политиков, занимающихся защитой окружающей среды.
ЧАСТЬ 5. ЗА КОГО ГОЛОСУЮТ ЕВРЕИ АМЕРИКИ?
Вопрос не праздный, поскольку евреи Америки весьма влиятельны как в финансовом, так и в политическом отношении.
Битва за сердца (а, значит, и голоса) американских евреев началась задого до выборов. Буш отметился неоднократным признанием в любви к Израилю, а год назад устроил даже особый торжественный обед в Белом Доме, куда пригласил около 120 представителей американской еврейской общины, а также еврейских сотрудников президентской администрации. Демократ Керри покорил сердца евреев Айовы, когда на церемонии в синагоге начал петь «Ам Исраэль, хай!».
Но помимо личного обояния, существуют сложившиеся традиции. Так вот, традиционно американские евреи голосуют за демократов. Это зафиксировано и в результатах опроса, проведенного еврейской общественной организацией Американский Еврейский Комитет в ноябре-декабре 2003 года: подавляющее большинство американских евреев проголосовали бы за демократического кандидата. Опрос «2004 Annual Survey of American Jewish Opinion» показал, что если бы претендентом от демократов был ортодоксальный еврей-демократ Джо Либерман, то он получил бы 71 % голосов избирателей-евреев, в то время как за Джорджа Буша проголосовали бы лишь 24 %. Впрочем, согласно опросу, Джордж Буш уступал и любому из других «сильных» демократических кандидатов, в т. ч. Джону Керри, в примерном соотношении 1 к 2 (30 % против 60 %). И это, несмотря на все усилия республиканцев, направленные ими на завоевывание симпатии американских евреев. Впрочем, определенная (и приятная для республиканцев) динамика все же есть: если в 2000-м году лишь 9 % евреев США называли себя «республиканцами», то к 2004-му году их уже около 16 %. Однако, по-прежнему, более 50 % евреев Америки считают себя «демократами», а около трети идентифицируют себя как «граждане с независимыми политическими убеждениями». Именно за эту треть еврейского электората и идет борьба двух партий.
Некоторый рост симпатий американских евреев к республиканцам был связан с президентством Рональда Рейгана, его антисоветской политикой и борьбой за права советского еврейства (борца с «империей зла» поддержало на выборах 39 % евреев Америки). Однако Буш-старший, проводивший политику давления на Израиль в вопросах ближневосточного урегулирования, вновь сделал отношения евреев и республиканцев прохладными. К тому же большим скандалом и неприятными для республиканцев последствиями обернулась просочившаяся в прессу фраза госсекретаря Джеймса Бейкера: «Fuck the Jews! Они все равно за нас не голосуют!» В результате на выборах 1992 года Буш-старший получил лишь 15 % голосов избирателей-евреев (худший показатель среди республиканских кандидатов за 40 лет). А президентом стал Уильям Д. Клинтон.
Буш-младший учел родительские ошибки, и привлек к работе над имиджем республиканцев Еврейскую республиканскую коалицию (ЕРК), созданную при Республиканской партии еще в 1985 году (при президенте Рейгане). Председателем коалиции является Сэм Фокс — мультимиллионер, хозяин инвестиционной компании «Харбор Груп», спонсор Музея искусств, Оперного театра и Симфонического оркестра в Сент-Луисе. Среди влиятельных теневых финансистов Республиканской партии и Еврейской республиканской коалиции такие персоны, как: Льюис Айзенберг, возглавлявший в 1995-2001 годах Комитет комиссионеров Портового управления Нью-Йорка и Нью-Джерси (иными словами, руководивший собственниками Всемирного торгового центра)- Макс Фишер, прозванный «деканом еврейских республиканцев», и являвшийся советником всех президентов США от Эйзенхауэра до Буша-старшего- Мэл Сэмблер, бывший посол США в Австралии, владелец огромной сети торговых центров, финансовый председатель партии и координитор финансовых вопросов президентской кампании Буша-младшего в 2000 году- мультимиллионер Джеффри Маркус – один из лидеров Антидиффамационной лиги, глава финансового комитета республиканской партии в Техасе- Нэд Зигель – флоридский магнат в сфере недвижимости, создатель «Парка космических исследований», председатель финансового комитета республиканцев в штате Флорида и личный друг губернатора Джеба Буша – брата президента.
Именно ЕРК в 1998 году организовала первый визит тогда еще техасского губернатора Дж. Буша-младшего в Израиль, где будущий президент США познакомился с будущим премьер-министром Израиля Ариэлем Шароном. Теплые чувства Буша к Израилю во многом объясняются не только политическими соображениями или неоконсервативными взглядами, но и его религиозной верой, в которой сочетается протестантский доминионизм и особого рода эсхатологизм, определяющий в религиозной картине мира особую миссию Израиля.
Впервые в партийной истории президент-республиканец ввел в администрацию заметное число евреев. Это не только советники и аналитики, но и такие влиятельные лица, как неоконсерватор Пол Вулфовиц, который на посту замминистра обороны стал одним из сторонников свержения режима Саддама Хусейна, пресс-секретарь Белого дома и верующий иудей Ари Флейшер (являющийся членом Совета директоров ЕРК). При Буше впервые среди республиканцев появились губернаторы-евреи. Так, губернатором Гавайских островов впервые стала женщина-еврейка Линда Лингл, член хасидской общины. Как заявил на страницах «Уолл-стрит джорнэл» миллиардер и республиканец Рональд Лаудер: «Быть евреем теперь не значит быть демократом».
По мнению израильского политолога А. Гранта: «Еврейская карта обязательно будет разыграна на президентских выборах 2004 года и вызвано это будет не численностью евреев в США, а их концентрацией в ключевых штатах – в Нью-Йорке, Пенсильвании, Флориде и Калифорнии. Именно эти регионы поставляют решающее количество выборщиков. А флоридский «ручной пересчет» 2000 года показал, что иногда на судьбу страны кардинально влияют и несколько тысяч голосов, поданных в нужном штате».
Определенные симпатии американских евреев заслужила жесткая политика Буша по борьбе с терроризмом после 11 сентября 2004 года, а также его поддержка израильского государства. Президентские «оговорки по Фрейду» про «исламский» терроризм и «крестовый поход» лишь усиливают уверенность электората в том, что Буш так и думает. Учитывая вовлеченность мирового еврейства в ближневосточный конфликт, жесткая позиция по израильско-палестинскому вопросу является залогом симпатий избирателей.
На фоне активности республиканцев демократы стремятся отстоять своих традиционных выборщиков. Джон Керри, о котором говорили, что он ведет свой древний и знатный англо-саксонский род едва ли не от Иоанна Безземельного, позже сообщил, что его дед и бабка по материнской линии были австро-венгерскими евреями, а двоюродная родня погибла в годы Холокоста. Это стало своеобразным ответом на распространенный Сионистской организацией США пресс-релиз, в котором говорится о «неприкрытой проарабской позиции» Джона Керри. В документе указывается, что в числе ближайших советников Керри по вопросам международной политики такие деятели, как Сэнди Бергер, который «прославился» тем, что публично назвал палестинский террор «благословенным, потому что он может привести к прорыву в переговорном процессе», бывший госсекретарь США Джеймс Бейкер и бывший президент Джимми Картер.
Вместе с тем, не стоит переоценивать успехи республиканцев. На стороне демократов стоит ряд влиятельнейших еврейских организаций. И, прежде всего, Конфедерация Президентов еврейских общин США. Да и статистика свидетельствует о «демократических» приоритетах американских евреев.
ЧАСТЬ 6. НЕБЫВАЛАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ МУСУЛЬМАН АМЕРИКИ
Мусульмане США являются, в основном, выходцами или потомками выходцев из стран Юго-Восточной Азии (37 %) и арабских стран (28 %). В 2000 году они поддержали Буша. Но на нынешних выборах Буш не может расчитывать на симпатии муcульманской уммы Америки, поскольку лишь 11 % американцев-мусульман считают, что стали жить лучше, чем 4 года назад.
Еще в феврале 2004 года исламские организации Комитет политических действий арабо-американцев (ААРАС) и Совет Американо-Исламских отношений (CAIR) заявили, что ощущая дискриминацию после событий 11 сентября, американцы арабского происхождения намерены позиционировать себя как серьезную политическую силу на предстоящих в этом году выборах президента США. Их призывы к представителям арабской диаспоры были распространены во всех мечетях Америки.
В апреле 2004 года организация CAIR начала кампанию против исламофобии в американских СМИ. Кампания получила название «Ненависть причиняет боль Америке». В пресс-релизе, выпущенном специально к началу акции, приводятся конкретные примеры проявления исламофобии: четыре поджога мусульманских центров в